Во Львовско-Сандомирской операции Красная Армия привлекла более 2700 танков и САУ. В бронетанковом парке советских войск были и тяжелые самоходно-артиллерийские установки ИСУ-152, пишет lvivyes.com.ua.
Грозное оружие против немецкого “зверинца”
Летом 1944 г. эффективно бороться со всеми типами немецких танков и САУ на больших дистанциях могли только тяжелые советские танки ИС-2 и самоходки ИСУ-122 и ИСУ-152. Последние были приняты на вооружение в сентябре 1943 г. Установка была вооружена мощной 152-мм пушкой 48-кг снаряд которой не только крушил фортификационные сооружения (дзоты, бункеры, доты, блиндажи, прочее), но и буквально “отправлял в нокаут” немецкую бронетехнику . Чтобы вывести из строя немецкий танк или самоходку, в них стоило только попасть. Даже не пробив броню, 152-мм снаряд делал вражеский танк или самоходку небоеспособными. Не случайно установка ИСУ-152 получила прозвище “зверобой”.
Несмотря на мощную пушку, самоходка имела недостаточно толстое бронирование, чтобы быть защищенной от огня немецких противотанковых пушек калибром 75-мм и 88-мм. Желал лучшего и боезапас ИСУ-152. Длительным был процесс перезарядки пушки, что напрямую влияло на ее скорострельность. При выстрелах самоходки сильно демаскировали себя, поэтому экипажам нужно было после нескольких выстрелов менять позиции.
349-й полк
Если анализировать отчет об использовании 349-го гвардейского тяжелого самоходно-артиллерийского полка (349-й гв. тсап) полковника Николая Шишова за июль 1944 г., то можно увидеть, что 4 июля части полка были загружены на два эшелона в Московской области и отправлены в Западной Украины. 10 июля полк находился уже вблизи Тернополя. Полк планировали привлечь во Львовско-Сандомирской операции, которая должна была стать для подразделения дебютом, ведь полк сформировали в июне 1944 г. на базе 1540-го самоходно-артиллерийского полка.
Советское командование решило использовать полк для комплектования штурмовых частей в составе 38-й армии генерал-полковника Кирилла Москаленко. Экипажи самоходок должны были уничтожать огневые точки врага и его бронетехнику, прокладывая путь своей пехоты. 16 ИСУ-152 передали в состав 101-го стрелкового корпуса (по 8 установок получили 70-я и 211-я стрелковые дивизии), а еще 8 – 121-й стрелковой дивизии (67-й стрелковый корпус). В самих дивизиях самоходки распределили между штурмовыми группами – в состав каждой такой вошли 2 Т-34, 3 ИСУ-152 и 4 СУ-76. Таким образом, полк был рассеян, что негативно сказалось на его возможностях.
Оценка враждебных сил
Согласно данным советской разведки, в секторе наступления полка и стрелковых дивизий находились подразделения 72-й и 352-й пехотных, а также 1-й и 8-й танковых дивизий Вермахта. Враг вырыл две линии сплошных траншей и еще две линии не успел обустроить. На расстоянии 40-80 метров от первой линии траншей находились минные поля. Траншеи были защищены колючей проволокой, “спиралями Бруно”. Всего советские разведчики насчитали 26 минных полей протяженностью 10 км. У врага были замаскированы пулеметные гнезда (некоторые были защищены несколькими настилами деревянных бревен), которые могли вести огонь с флангов.
Разведка насчитала семь дзотов, 19 артиллерийских и 16 минометных батарей, 36 отдельных орудий и 26 минометов. Для советской бронетехники препятствием становилась и сама местность, на которой ей приходилось наступать – болотистые участки, ручьи, овраги и леса.
Первый день наступления
Экипажи 349-го гв. тсап пошли в атаку в секторе 38-й армии 14 июля в 11:00 после 30-минутной артподготовки. Самоходки уничтожили несколько огневых точек врага, однако советские саперы не смогли проложить полноценные проходы для бронетехники в минных полях. Как результат – три самоходки подорвались на минах и сгорели. Советские войска попали под огонь германских орудий и минометов.
ИСУ-152 прорвали вражескую оборону. В прорыв устремилась советская пехота. В документах 349-го полка указано, что глубина прорыва составляла от 3 до 6 км. А дальше советских самоходчиков ожидали бои с немецкими танками.
Отражение немецких контратак
В исторической литературе присутствует ошибочное утверждение согласно которому, 15 июля подразделения 1-й и 8-й танковых дивизий Вермахта попытались контратаковать советские войска неподалеку от Золочева, однако попали под удары авиации и фактически были разгромлены. На практике немецкие танкисты действительно попали под удары советских ВВС, понесли большие потери, однако нанесли ощутимые удары по стрелковым дивизиям. Советская разведка недооценила численность германских танков и САУ.
В документах 349-го полка отмечается, что 15 июля враг группами, по 20-25 танков типа “Тигр” и “Пантера” трижды атаковал позиции 70-й, 121-й и 211-й стрелковых дивизий в секторе Манилувка – отм. 402.0 – Жуковце. Немецкие части стремились, прежде всего, отрезать штурмовые части Красной Армии от основной массы войск и уничтожить. Советские экипажи вынуждены были отражать танковые атаки действуя в одиночку, или в составе групп по 2-3 установки, существенно ограничивали возможности ИСУ-152. К тому же, немецкие войска атаковали по разным направлениям. Если бы самоходчики действовали целым полком, то экипажи сменяли бы друг друга на поле боя – часть машин ведет огонь, а другая занимается перезарядкой пушек. Дальше экипажи меняются местами. В результате упорных боев 15 июля было сожжено 6 самоходок. 349-й полк записал на свой счет 15 танков и 9 бронетранспортеров.
16 июля самоходчики продолжали отражать атаки врага, которые были менее интенсивными, чем накануне. К тому же, немцы понесли большие потери. В течение дня подразделения 349-го полка уничтожили 8 вражеских танков (по данным советской стороны), потеряв одну ИСУ-152.
Снова единственный кулак
После упорных боев 15-16 июля, батареи 349-го полка были направлены в 183-ю стрелковую дивизию. Полк получил возможность действовать как единое целое без дробления на части. 18 июля самоходчики вели бои с небольшими немецкими подразделениями в Швачува и Волковице.
22 июля советские самоходчики уничтожили немецкий узел обороны, состоявший из трех дзотов, нескольких пушек и пулеметов. В ночь на 23 июля экипажи ИСУ-152 совместно с танкистами и пехотинцами провели ночную атаку на Красносельце, где сожгли вражескую самоходку и два средних танка. Далее подразделения 349-го полка вели бои в районе Зашкова и Унева.
До 26 июля, согласно советским документам, полк в бои не вступал. Далее самоходчики уничтожили несколько немецких огневых позиций у Давыдова, вышли на южные окраины Львова, продвигались в Басовки. Фактически в 20-х числах июля полк сопровождал пехотные и другие подразделения, не участвовал в ожесточенных боях и не понес потери.
28 июля 349-й полк был отведен на отдых, ремонт техники и пополнение. В июльских боях было потеряно безвозвратно 10 установок – почти половина штатного состава полка. Главной причиной таких потерь стало то, что полк был рассеян, при отражении вражеских танковых атак ИСУ-152 действовали малыми группами, а то и в одиночку. Тем не менее, тяжелые самоходки наряду с тяжелыми танками ИС-2 показали свою эффективность в уничтожении вражеских фортификаций и бронетехники. 349-й полк ожидали новые бои.